Фотограф Ион Савин запускает сайт (yonsavin.com), где разместит портфолио со своими работами. Но поговорим мы о другом: за год сотрудничества с Ваней, в рамках работы для онлайн и печатных изданий заметила, что он не умеет льстить. Более того, он бывает резок. При этом в его практике не было ни одного конфликта. Даже очень вредные люди, прощаясь с ним, говорили Ионел.

Ион Савин, фотограф

Сразу о главном: какая техника позволяет тебе раздобрить кого угодно?
Нет у меня техники – ты чего (смеется)? Просто, четыре года тому назад прошел хорошую практику общения с людьми, работая в кукольном театре.

Ты об этом не говорил. Неужели был куловодом?
Нет, агентом по продажам – ездил в школы и детские сады и предлагал организовать показ спектакля. Удивишься, но в этой нише полно конкурентов.

Как уговаривал клиента?
Все просто: для того, чтобы человек тебя услышал, нужно быть готовым отдать ему свое время. А еще во время беседы смотри в глаза.
Ты выглядишь старше своих лет (Ване 26) - это прибавляет солидности.
Банальная деревенская неотесанность – я не рожден в столице, а деревню из человека трудно вывести (смеется).

Говорят и Кишинев большая деревня…
Согласен. За последние два года, количество моих знакомых увеличилось в разы. Куда бы я ни пошел, всегда можно встретить кого-нибудь. Жаль, что я не умею быть невидимкой (улыбается).

Фотографы жалуются на то, что даже когда они не на работе в них видят аппарат, выдающий снимки – поэтому хочешь испариться?
Я редко бываю не на работе: в будние дни сотрудничаю с журналистами, а в выходные фотографирую свадьбы. В работе фотографа много хорошего: вхож на мероприятия и в кабинеты значимых людей, становишься свидетелем увлекательных бесед для интервью и церемоний. Но есть и недостатки – здесь я говорю о девушках, потому что с мужчинами гораздо проще работать – меня удивляет их способность найти множество недостатков даже в идеальной внешности: они просят что-то убрать, а потом добавить, а потом убрать из того, что добавил. Пожалуй, труднее, чем женщинам приходится только фотографам мужского пола, которые с ними работают (смеется).

У тебя есть девушка. Как она относится к тому, что в ленте Фейсбука мелькают селфи, где ты позируешь с другими девушками?
Марина (прим.: так зовут девушку) больше чем вторая половинка. Это она говорила «иди на курсы», а потом «купи фотоаппарат», а потом «фоткай». Я психанул и сделал. Она стала моей первой моделью, а потом подослала ко мне знакомых, которые привели своих знакомых. Мне стали платить за услуги, и я сам не заметил, как стал фотографом. Я благодарен ей за понимание, за выглаженные рубашки и ужин, который она, несмотря на мой непостоянный график, умудряется подать теплым ко столу.

Передам слово в слово: Марине будет приятно… Ты говорил о рубашках, и я вспомнила, о чем еще хотела спросить: на работе на тебе почти, всегда, синяя рубашка в клетку. Это твой фирменный стиль?
Рубашка в клетку и джинсы – для меня оптимальный вариант. Иногда за день могу побывать в кабинете у политика, в спортивном зале и в ресторане. Тогда не рискую выглядеть пафосно там, где это неуместно и неказисто там, где нужен адекватный вид. Согласись, что фотограф в растянутом свитере на свадьбе смотрится так же нелепо, как в пиджаке на вело- марафоне. Я предусмотрительно купил три одинаковые рубашки в клетку – ношу их по очереди.

Каким видишь себя через 10 лет?
У меня есть планы примерно на три года вперед: хочу расширить диапазон своей практики – делать проекты совместно с другими профессионалами, например оператором видео и копирайтером. Есть идеи, но пока не готов их озвучить. Что касается удаленного будущего – промолчу. Кто знает, куда занесет?

Текст: Анна Гуцан